15.11.2024 Квалификация единичных преступлений

 

Вопрос1. Квалификация сложных составов преступлений

Доктриной уголовного права разработаны правила квалификации преступлений, которые, предположительно, должны быть универсальными и применимыми абсолютно ко всем преступным деяниям. Подобное утверждение касается и правил квалификации единичных сложных преступлений, к которым относится также преступление с альтернативным составом.

Сложными единичными преступлениями являются деяния, посягающие на несколько объектов, характеризующиеся осложненной объективной стороной, наличием двух форм вины или дополнительных последствий.

Действующему Уголовному кодексу известны следующие сложные единичные преступления:

-составные;

-с альтернативными действиями или с альтернативными последствиями;

-длящиеся;

-продолжаемые;

-осложненные дополнительными тяжкими последствиями и наличием двух форм вины в отношении разных последствий.

Составные преступления

Составные преступления представляют собой деяния, слагаемые из двух или более действий (актов бездействия), каждое из которых предусмотрено УК в качестве самостоятельного преступления. Так сконструирован, например, состав разбоя (ст. 162 УК). При разбое преступная цель завладения чужим имуществом достигается с помощью такого общественно опасного средства, как насилие, опасное для жизни или здоровья потерпевшего, или угроза применения такого насилия.

В подобных случаях отдельные разрозненные преступные действия (насилие над личностью и хищение или покушение на хищение чужого имущества) образуют один (единый) сложный состав преступления - разбой, который обладает повышенной общественной опасностью сравнительно с общественной опасностью преступных действий, входящих в состав этого преступления, посягающего одновременно на два объекта (отношения собственности и жизнь либо здоровье личности). Один из них признается законодателем обязательным и основным, что определяет помещение нормы в определенную главу УК, второй также является обязательным, но дополнительным, что отнюдь не умаляет его уголовно-правового значения.

К числу составных преступлений можно отнести и состав хулиганства (ст. 213 УК), посягающего одновременно на такие правоохраняемые интересы, как общественный порядок и личность, а в некоторых случаях и на отношения собственности.

Таким образом, составные преступления всегда оказываются дву- или многообъектными. Некоторые ученые полагают, что более правильным было бы определение составного преступления как деяния (действия или бездействия), непосредственно посягающего по крайней мере на два объекта уголовно-правовой охраны.

 

Преступления с альтернативными действиями

Разновидностью сложных составов являются преступления с альтернативными действиями. Их специфика состоит в том, что совершение любого из перечисленных в диспозиции статьи действия (бездействие) является достаточным для признания наличия состава преступления. Например, в ч. 2 ст. 228 УК говорится о едином составе преступления (незаконном приобретении или хранении с целью сбыта, изготовлении, переработке, перевозке, пересылке либо сбыте наркотических средств или психотропных веществ), который признается оконченным при совершении одного или нескольких перечисленных альтернативных действий. Вместе с тем субъект не совершает нового преступления, если он осуществляет два или все названные в ст. 228 УК действия, например, вначале незаконно приобретает наркотические средства или психотропные вещества, хранит их, а затем сбывает.

Преступления с альтернативными последствиями

Сложными единичными преступлениями являются и преступления с альтернативными последствиями. Например, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью может повлечь одно или несколько последствий из числа перечисленных в ч. 1 ст. 111 УК - потерю зрения, слуха, речи, какого-либо органа и т.д.

На самом деле правила квалификации преступлений не являются статичными, они постоянно эволюционируют, развиваются, находясь под воздействием разных факторов (например, особенностей уголовной политики, законодательной конструкции составов преступлений, уникальности проявляемого общественно опасного деяния).

В соответствии с общепринятым правилом квалификации преступлений с альтернативным составом совершение двух или более деяний, предусмотренных диспозицией статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, оценивается как одно преступление.

Когда обязательным признаком состава преступления является предмет, то действия, предусмотренные диспозицией статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, совершаются именно в отношении этого обозначенного признака.

В судебной практике с учетом рекомендаций Верховного Суда РФ существуют два подхода при квалификации преступлений с альтернативными составами, обязательным признаком которых является предмет.

В соответствии с первым подходом совершение двух или всех действий, предусмотренных диспозицией уголовно-правовой нормы, в отношении предмета не образует совокупность преступных деяний, а является единичным сложным преступлением.

Примером преступления с альтернативным составом является деяние, предусмотренное ст. 222 УК РФ.

В судебной практике иногда допускаются ошибки, когда совершение одного или нескольких действий, предусмотренных ст. 222 УК РФ, в отношении одного предмета квалифицируется как совокупность преступлений. Так, согласно приговору суда С.В.И. признан виновным и осужден за незаконное приобретение, хранение и перевозку огнестрельного оружия, боеприпасов, совершенные организованной группой (два преступления), а также за совершение иных преступлений. В кассационной жалобе осужденный оспаривает приговор в части квалификации его действий, связанных с незаконным приобретением, хранением и перевозкой огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой, полагая, что его действия должны квалифицироваться как одно, а не два самостоятельных преступления. Суд квалифицировал действия осужденного, связанные с незаконным приобретением, хранением и перевозкой огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой, как два преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 222 УК РФ, исходя из того, что незаконно приобретенное в период времени с 1 сентября 2018 г. огнестрельное оружие и боеприпасы хранились и перевозились, в том числе осужденным, на автомашинах к местам совершения двух разбойных нападений: 6 ноября 2018 г. на Ч. и 13 декабря 2018 г. на Б. и М.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что квалификация вышеуказанных действий С-ва как двух самостоятельных преступлений является излишней, поскольку ответственность за незаконное приобретение, хранение и перевозку огнестрельного оружия и боеприпасов предусмотрена одной и той же частью ст. 222 УК РФ, одновременное хранение членами банды, за участие в которой осужден данным приговором С-ов, незаконно приобретенного оружия, используемого при совершении в составе организованной группы разбойных нападений, не образует совокупности преступлений, его действия подлежат квалификации как одно преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 222 УК РФ .

Критерием отграничения одного преступления от совокупности в данном случае выступает предмет преступного деяния, он должен быть одним и тем же <2>. Лицо осознает, что незаконно приобретает оружие, именно его передает, хранит, перевозит и т.д., и желает совершить эти действия с этой же вещью. Все деяния, предусмотренные данным альтернативным составом преступления, объединены единым умыслом. Если же незаконные действия совершаются в отношении разных предметов, в отношении которых умысел формировался самостоятельно, содеянное следовало бы квалифицировать как совокупность преступлений. Например, если сегодня лицом незаконно приобретена одна единица оружия, через неделю - другая единица, каждый раз в отношении каждой единицы формировался новый умысел, то указанные действия образуют два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Доктриной уголовного права разработаны правила квалификации преступлений, которые, предположительно, должны быть универсальными и применимыми абсолютно ко всем преступным деяниям. Подобное утверждение касается и правил квалификации единичных сложных преступлений, к которым относится также преступление с альтернативным составом.

На самом деле правила квалификации преступлений не являются статичными, они постоянно эволюционируют, развиваются, находясь под воздействием разных факторов (например, особенностей уголовной политики, законодательной конструкции составов преступлений, уникальности проявляемого общественно опасного деяния).

В соответствии с общепринятым правилом квалификации преступлений с альтернативным составом совершение двух или более деяний, предусмотренных диспозицией статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, оценивается как одно преступление.

Когда обязательным признаком состава преступления является предмет, то действия, предусмотренные диспозицией статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, совершаются именно в отношении этого обозначенного признака.

В судебной практике с учетом рекомендаций Верховного Суда РФ существуют два подхода при квалификации преступлений с альтернативными составами, обязательным признаком которых является предмет.

В соответствии с первым подходом совершение двух или всех действий, предусмотренных диспозицией уголовно-правовой нормы, в отношении предмета не образует совокупность преступных деяний, а является единичным сложным преступлением.

Примером преступления с альтернативным составом является деяние, предусмотренное ст. 222 УК РФ.

В судебной практике иногда допускаются ошибки, когда совершение одного или нескольких действий, предусмотренных ст. 222 УК РФ, в отношении одного предмета квалифицируется как совокупность преступлений. Так, согласно приговору суда С.В.И. признан виновным и осужден за незаконное приобретение, хранение и перевозку огнестрельного оружия, боеприпасов, совершенные организованной группой (два преступления), а также за совершение иных преступлений. В кассационной жалобе осужденный оспаривает приговор в части квалификации его действий, связанных с незаконным приобретением, хранением и перевозкой огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой, полагая, что его действия должны квалифицироваться как одно, а не два самостоятельных преступления. Суд квалифицировал действия осужденного, связанные с незаконным приобретением, хранением и перевозкой огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой, как два преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 222 УК РФ, исходя из того, что незаконно приобретенное в период времени с 1 сентября 2018 г. огнестрельное оружие и боеприпасы хранились и перевозились, в том числе осужденным, на автомашинах к местам совершения двух разбойных нападений: 6 ноября 2018 г. на Ч. и 13 декабря 2018 г. на Б. и М.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что квалификация вышеуказанных действий С-ва как двух самостоятельных преступлений является излишней, поскольку ответственность за незаконное приобретение, хранение и перевозку огнестрельного оружия и боеприпасов предусмотрена одной и той же частью ст. 222 УК РФ, одновременное хранение членами банды, за участие в которой осужден данным приговором С-ов, незаконно приобретенного оружия, используемого при совершении в составе организованной группы разбойных нападений, не образует совокупности преступлений, его действия подлежат квалификации как одно преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 222 УК РФ <1>.

Критерием отграничения одного преступления от совокупности в данном случае выступает предмет преступного деяния, он должен быть одним и тем же <2>. Лицо осознает, что незаконно приобретает оружие, именно его передает, хранит, перевозит и т.д., и желает совершить эти действия с этой же вещью. Все деяния, предусмотренные данным альтернативным составом преступления, объединены единым умыслом. Если же незаконные действия совершаются в отношении разных предметов, в отношении которых умысел формировался самостоятельно, содеянное следовало бы квалифицировать как совокупность преступлений. Например, если сегодня лицом незаконно приобретена одна единица оружия, через неделю - другая единица, каждый раз в отношении каждой единицы формировался новый умысел, то указанные действия образуют два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Иной пример: если лицо в целях сбыта изготовило поддельные деньги или ценные бумаги, хранило их, перевозило в целях сбыта и сбывало, содеянное квалифицируется как единое преступление, предусмотренное ст. 186 УК РФ

Фальшивомонетничество может быть квалифицировано как два преступления, когда, например, виновный сначала изготовил один денежный знак (одну партию денежных знаков), сбыл его (их), а затем у него вновь возник умысел на изготовление поддельных денег и их сбыт, что и было им реализовано. В этой ситуации содеянное следует оценивать как совершение двух преступлений, предусмотренных ст. 186 УК РФ.

В соответствии с данным подходом для квалификации не имеет значения, сколько раз лицо совершило деяние, предусмотренное статьей УК РФ, в отношении имеющегося у него предмета преступления. Так, виновные изготовили поддельные денежные купюры номиналом 500 руб. в количестве 74 штук. В разных торговых точках они покупали товары стоимостью не более 100 рублей. Расплачиваясь поддельными денежными знаками, они получали приобретаемые товары, а также подлинные денежные знаки в качестве сдачи. Сбыть поддельные денежные купюры они смогли в 72 торговых точках. Их действия были квалифицированы как одно преступление по ч. 1 ст. 186 УК РФ как изготовление и сбыт поддельных денег

Тем не менее указанные правила не являются универсальными при квалификации преступлений с альтернативным составом.

В соответствии со вторым подходом совершение двух или всех действий, предусмотренных диспозицией уголовно-правовой нормы, в отношении предмета не образует единичного сложного преступления, а квалифицируется как совокупность преступлений.

Например, преступление с альтернативным составом предусмотрено ст. 228.1 УК РФ, его объективная сторона состоит из таких действий, как незаконное производство, сбыт или пересылка наркотических средств. Ранее в судебной практике совершение одного или всех из перечисленных деяний квалифицировалось как одно преступление. Теперь Верховный Суд РФ рекомендует каждое деяние квалифицировать как самостоятельное преступление. Если лицом произведено наркотическое вещество и осуществлен его сбыт, содеянное в соответствии с позицией Верховного Суда РФ следует квалифицировать как совокупность преступлений <6>, а именно одно преступление в виде производства наркотического вещества и одно преступление в виде его сбыта.

При квалификации указанных преступлений также имеет значение, какое намерение в отношении наркотика было у производителя и какие действия им были совершены в отношении наркотика.

Если лицо произвело наркотическое вещество и намеревалось его сбыть приобретателю, но по независящим от него обстоятельствам не смогло это сделать, содеянное квалифицируется как совокупность преступлений, а именно как оконченное производство наркотического вещества и покушение на сбыт наркотического вещества. В случае, когда сбыт был осуществлен, содеянное оценивается как совокупность двух оконченных преступлений.

В случае, когда лицо произвело наркотическое вещество, сбыло его нескольким приобретателям, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, а именно как одно преступление в виде производства наркотического вещества (ст. 228.1 УК РФ) и как совокупность оконченных преступлений в виде сбыта наркотика, которая зависит от количества его приобретателей.

Если лицо произвело наркотическое вещество, передало его третьему лицу (так называемому куратору), которое и намеревалось непосредственно его сбыть приобретателям, содеянное производителем следует квалифицировать как совокупность преступлений, а именно как оконченное производство наркотического вещества и покушение на сбыт наркотического вещества. Факт в том, что действия в виде производства наркотика и его передача иному лицу осуществляются в отношении одного и того же предмета, не образуют единое продолжаемое преступление, а подлежат квалификации по совокупности. В случае, когда куратор сбыл наркотик, действия производителя следует квалифицировать по совокупности как два оконченных преступления, а именно как одно преступление в виде производства наркотика и как одно преступление в виде его сбыта.

Вопрос 2. Квалификация продолжаемых и длящихся преступлений

1. Понятия и различия продолжаемых и длящихся преступлений

1. В п. 1 Постановления № 43 Пленум ВС РФ обращает внимание судов на необходимость точного установления признаков длящегося или продолжаемого преступления, поскольку это имеет важное значение не только для правильной квалификации содеянного, но и для исчисления срока давности уголовного преследования. Кроме того, это влияет на решение вопросов, связанных с освобождением от уголовной ответственности, назначением справедливого наказания, а также с надлежащим применением других уголовно-правовых норм в отношении лиц, совершивших такие преступления. Выяснение признаков, подтверждающих длящийся или продолжаемый характер преступления, имеет значение и для оценки правомерности необходимой обороны. Согласно абз. 2 п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2012 № 19 (ред. от 31.05.2022) «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» в случае совершения предусмотренных преступных деяний, в которых юридические и фактические моменты окончания посягательства не совпадают, право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания посягательства.

В п. 1 Постановления № 43 также указано, что длящиеся и продолжаемые преступления представляют собой разновидности единого сложного преступления. При этом необходимо отличать длящиеся и продолжаемые преступления от совокупности преступлений, включающей несколько самостоятельных уголовно наказуемых деяний, за каждое из которых виновное лицо несет уголовную ответственность. Кроме того, Пленум ВС РФ подчеркивает, что одной из ключевых особенностей длящихся и продолжаемых преступлений является осуществление таковых преимущественно в течение длительного времени. Прежде всего это относится к длящимся преступлениям, специфика которых, например незаконного хранения оружия, уклонения от административного надзора, раскрывается в п. 2 Постановления № 43.

В п. 2 Постановления № 43 при раскрытии понятия длящихся преступлений указывается, что данные преступления начинаются с определенного преступного действия или определенного преступного бездействия и характеризуются последующим непрерывным осуществлением состава соответствующего преступного деяния. Отметим, что в отличие от прежней позиции Пленума ВС СССР, Пленум ВС РФ в Постановлении № 43 не упоминает уклонение от выполнения определенной обязанности, поскольку такое уклонение присуще не всем длящимся преступлениям. При этом подчеркивается главная особенность длящегося преступления, отличающая его от преступления продолжаемого, заключающаяся в непрерывном совершении одного и того же преступного деяния, то есть в постоянном и, как правило, длительном воспроизводстве состава такого преступления. Например, длящееся преступление может быть начато с размещения в том или ином месте нелегально приобретенного взрывного устройства для его незаконного хранения. Такое деяние содержит все признаки определенного состава преступления. В дальнейшем оно характеризуется непрерывным воспроизводством этого состава преступления, например, незаконного хранения указанного взрывного устройства. Если же начало длящегося преступления связано с определенным общественно опасным бездействием, например с полной невыплатой свыше двух месяцев зарплаты, оно также содержит все признаки определенного преступления. Будучи юридически оконченным, оно состоит в последующем невыполнении соответствующей обязанности, возложенной на лицо законом.

2. Момент окончания длящегося преступления

В абз. 1 п. 3 Постановления № 43 уточняется, что длящееся преступление квалифицируется как оконченное при условии, что совершенное преступное действие или преступное бездействие содержит все признаки состава конкретного преступления. Тем самым Пленум ВС РФ подчеркивает момент юридического окончания длящегося преступления, учитываемый при его квалификации. Далее, в абз. 2 п. 3 Постановления № 43 разъясняется момент фактического окончания такого преступления, который нужно принимать во внимание при применении амнистии и исчислении срока давности уголовного преследования. Этот момент наступает при прекращении осуществления преступного деяния по воле самого лица, совершившего это деяние, или вопреки его воле, а равно вследствие наступления событий, влекущих согласно закону прекращение обязанности, от выполнения которой лицо уклонялось.

Так, в п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2020 № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324–327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в ч. 3 и 5 ст. 327 УК, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. Если же этот документ и в дальнейшем использовался для получения прав или освобождения от обязанностей в течение определенного периода, например, при трудоустройстве и в период последующей работы в организации, то предусмотренные ст. 78 УК сроки давности уголовного преследования за такое преступление следует исчислять с момента фактического прекращения использования поддельного (подложного) документа, в том числе в результате пресечения деяния.

Согласно п. 20 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)» сроки давности уголовного преследования за невыплату заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат (ст. 145.1 УК) исчисляются с момента его фактического окончания. В частности, со дня погашения задолженности, увольнения виновного лица или временного отстранения его от должности. При этом увольнение работника, которому не выплатили зарплату, не влияет на исчисление сроков давности уголовного преследования работодателя.

Одни из наиболее распространенных длящихся преступлений связаны с незаконным хранением различных предметов, в частности наркотических средств, огнестрельного оружия и боеприпасов к нему.

ИЗ ПРАКТИКИ. По поводу незаконного хранения огнестрельного оружия Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС РФ в одном из своих решений указала, что это преступление, являющееся длящимся, оканчивается в момент обнаружения, изъятия этого оружия или совершения иных действий, свидетельствующих о прекращении незаконного нахождения оружия вне регулируемых законодательством РФ правил его оборота (апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих ВС РФ от 20.12.2018 № 208-АПУ18-18). В данном случае речь идет о моменте фактического окончания этого длящегося преступления.

Отметим, что при разрешении правовых вопросов по уголовным делам о преступлениях с альтернативными действиями необходимо учитывать, что данные преступления в целом могут являться длящимися, если признаками последнего обладает хотя бы одно из таких альтернативных действий, образующих объективную сторону конкретного преступления.

ИЗ ПРАКТИКИ. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ не согласилась с доводами осужденного А. об истечении срока давности относительно преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 222 УК. По мнению А., срок нужно было отсчитывать с момента незаконного приобретения огнестрельного оружия и боеприпасов. Поскольку действия по незаконным приобретению, хранению, перевозке и ношению данных предметов образуют единое длящееся преступление, срок давности по которому с момента его совершения не истек, в том числе и в части приобретения оружия и боеприпасов (кассационное определение ВС РФ от 31.05.2022 № 82-УД22-6-А2).

Длящееся преступление считается оконченным, если оно содержит все признаки состава конкретного преступления. При этом в п. 3 Постановления № 43 Пленум уточнил, что момент фактического окончания длящегося преступления наступает при прекращении преступного деяния:

·       по воле самого лица, совершившего это деяние (путем добровольной выдачи незаконно хранившегося огнестрельного оружия, явки с повинной, добровольного исполнения своей обязанности по выплате заработной платы и др.);

·       вопреки его воле — например, в результате действий других лиц, направленных на пресечение преступления;

·       вследствие наступления событий, влекущих, согласно закону, прекращение обязанности, от выполнения которой лицо уклонялось (достижение лицом, уклоняющимся от призыва на военную службу, предельного возраста призыва на такую службу и др.).

3.Единое продолжаемое преступление

В п. 4 Постановления № 43 Пленум ВС РФ раскрыл понятие единого продолжаемого преступления. Таковым признается преступление, которое состоит из двух или более тождественных противоправных деяний, объединенных единым умыслом и направленных на достижение общего преступного результата. Также Пленум ВС РФ дал важное разъяснение, выделяющее два вида продолжаемых преступлений. Первый из них включает два или более тождественных деяний, каждое из которых в отдельности содержит признаки состава преступления. Например, при получении или даче взятки в несколько приемов. Второй вид — два или более тождественных деяния, каждое или часть из которых не содержат признаки состава преступления, но в своей совокупности образуют такой состав. Например, при хищении в форме кражи, мошенничества, присвоения или растраты, когда противоправное изъятие чужого имущества осуществляется по частям, если отдельно взятые деяния с учетом стоимости похищенного имущества не являются уголовно наказуемыми.

В этом же пункте Постановления № 43 указаны отдельные обстоятельства, которые могут подтверждать единство умысла, объединяющего несколько тождественных деяний в одно продолжаемое преступление. Такими обстоятельствами являются: незначительный разрыв во времени между деяниями, их совершение в отношении одного и того же объекта посягательства и (или) предмета преступления, направленность на достижение общей цели.

Напомним, что в абз. 2 п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2002 № 29 (ред. от 15.12.2022) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» разъяснено, что продолжаемое хищение, в отличие от совокупности преступлений, состоит из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих единое преступление.

ИЗ ПРАКТИКИ. С учетом приведенного выше разъяснения Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ согласилась с доводами М., осужденного за два грабежа (открытого хищения денег, находившихся при потерпевшем), об отсутствии в его действиях признаков совокупности преступлений и необходимости квалификации его действий в качестве одного продолжаемого хищения. При этом Судебная коллегия отметила, что в продолжаемом посягательстве акты преступного деяния связаны между собой объективными обстоятельствами, иногда сразу несколькими: местом, временем, способом совершения хищения, предметом посягательства. Судя по материалам дела, действия М. носили однотипный характер, осуществлялись в одном месте, в одно время и в отношении имущества, принадлежавшего одному и тому же потерпевшему. При таких обстоятельствах имеются основания для квалификации деяний М., связанных с открытым хищением имущества потерпевшего, как единого продолжаемого преступления, состоящего из нескольких однотипных преступных действий, совершенных путем изъятия имущества, принадлежащего одному и тому же потерпевшему, объединенных единым умыслом на завладение чужим имуществом, совершенных из одних и тех же корыстных побуждений (кассационное определение ВС РФ от 20.02.2013 № 53-Д12-33).

Отметим, что при установлении единого умысла, присущего продолжаемому преступлению, необходимо учитывать совокупность всех обстоятельств, доказанных по конкретному делу.

ИЗ ПРАКТИКИ. Кассационный суд сохранил правовую оценку действий Р. как трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160 УК, не согласившись с доводами кассационного представления относительно переквалификации содеянного как одного продолжаемого хищения. Все совершенные Р. преступные действия были тождественны друг другу, совершены из одного и того же источника, причинили ущерб одному и тому же собственнику. Вместе с тем оснований для изменения квалификации действий осужденной с признанием таковых единым продолжаемым преступлением, как это указано в кассационном представлении, не усматривалось. Из показаний подозреваемой и обвиняемой Р., подтвержденных другими доказательствами по делу, следует, что после проведения ревизии 04.12.2019 работодатель обнаружил факт хищения Р. вверенных ей денег и имущества. Из зарплаты Р. были удержаны средства в счет погашения задолженности. Но после первого обнаружившегося факта Р. вновь решила похищать из кассы деньги и товары, находящиеся в отделении организации. Следовательно, как отметил кассационный суд, действия Р. не были объединены единым умыслом и не составляли в своей совокупности продолжаемое преступление (кассационное определение Седьмого КСОЮ от 26.02.2021 № 77-707/2021).

Квалификация продолжаемого преступления в случае, когда одно из деяний образует более тяжкое преступление

В п. 5 Постановления № 43 содержится новое разъяснение по вопросу о том, как оценивать продолжаемое преступление в случаях, когда как минимум одно из образующих его тождественных деяний виновное лицо совершило с квалифицирующим признаком, предусмотренным соответствующей статьей Особенной части УК. Поскольку каждый отдельный эпизод преступной деятельности служит частью единого продолжаемого преступления, содеянное в целом квалифицируется с учетом этого признака. То есть обвинение «утяжеляется» таким квалифицирующим признаком. Например, нужно будет квалифицировать по п. «д» ч. 2 ст. 117 УК «Истязание», если одно из систематически совершенных насильственных действий, входящих в истязание, характеризуется особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего.

Решите задачу:

Р., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в помещении кухни квартиры в ходе ссоры с К. взял кухонный нож и высказал в адрес К. угрозу убийством. Он же через 10 минут там же в ходе ссоры со своей матерью Р. взял кухонный нож и также высказал угрозу убийством в адрес последней. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия Р., связанные с угрозой убийством К. и Р., совершенные в одном месте в короткий промежуток времени, являются продолжаемым преступлением, в связи с чем излишне квалифицированы судом первой инстанции как два самостоятельных преступления.

Дайте правовую оценку решению Апел. Инстанции

4. Моменты начала и окончания единого продолжаемого преступления

В п. 6 Постановления № 43, взаимосвязанном c п. 3 этого же Постановления, Пленум ВС РФ разъяснил, что началом единого продолжаемого преступления следует считать совершение первого из тождественных деяний, составляющих одно преступление. Моментом фактического окончания — момент совершения последнего из указанных тождественных деяний.

Момент юридического окончания преступления является единым для всех преступлений и возникает при совершении деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ (ч. 1 ст. 29 УК). Момент же фактического окончания продолжаемого преступления может не совпадать с моментом его юридического окончания. Поэтому именно первый из них имеет значение для исчисления срока давности уголовного преследования и применения амнистии. Например, лицо, совершающее продолжаемую растрату вверенного имущества, может совершать новые тождественные деяния после того, как «первые» эпизоды растраты уже приобрели все признаки состава преступления, совершенного в особо крупном размере. Причем тот факт, что последующие растраты, объединенные общим умыслом, лицо не завершило, не будет влиять на квалификацию всего этого поэтапного хищения как оконченного преступления. В частности, при совершении продолжаемого хищения чужого имущества момент юридического окончания этого преступления может наступить уже при совершении первого из нескольких тождественных деяний, образующих такое хищение. Тогда как момент фактического окончания — при совершении последнего из данных тождественных деяний.

ИЗ ПРАКТИКИ. Кассационный суд признал правильными квалификацию действий осужденного в качестве одного продолжаемого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК, и исчисление срока давности уголовного преследования с момента совершения последнего тождественного деяния, образующего это хищение. При обосновании этого решения кассация отметила, что растрата признается юридически оконченной с момента начала противоправного отчуждения вверенного имущества. Вместе с тем, поскольку началом продолжаемого преступления надлежит считать совершение первого действия из числа нескольких тождественных действий, составляющих одно продолжаемое преступление, а концом — момент совершения последнего преступного действия, то временем окончания преступления является дата последнего платежа, направленного на противоправное отчуждение вверенных денежных средств. В связи с этим ссылка защиты на п. 24 постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которому растрата является оконченным преступлением с момента первого перечисления части похищенных денежных средств, является несостоятельной. Это разъяснение Пленума ВС РФ определяет только, каким образом судам надлежит разграничивать приготовление к растрате или покушение на нее от оконченного преступления (кассационное определение Девятого КСОЮ от 20.06.2023 № 77-1016/2023).

Применение уголовного закона, ухудшающего положение обвиняемого в длящемся или продолжаемом преступлении

В п. 7 Постановления № 43 сделана ссылка на положения ст. 9 УК о действии уголовного закона во времени, которые необходимо учитывать в тех случаях, когда длящееся или продолжаемое преступление было начато до вступления в силу нового уголовного закона, но окончено после вступления этого закона в силу. Отметим, что соответствующий вопрос на практике возникает исключительно в случаях, когда новый уголовный закон, вступивший в силу до фактического окончания длящегося или продолжаемого преступления, ухудшает положение лица, совершившего данное преступление. В отношении такого лица подлежит применению именно указанный новый уголовный закон. Если новый закон улучшает положение этого лица, данный вопрос решается с учетом положений об обратной силе такого закона, предусмотренных в ст. 10 УК, то есть распространяется на преступление, фактически окончившееся до или после начала действия такого закона.

Эти разъяснения учитывают ранее сформулированную позицию, изложенную в Ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению федеральных законов от 07.03.2011 № 26‑ФЗ и от 07.12.2011 № 420‑ФЗ, утвержденных Президиумом ВС РФ 27.06.2012.

Применение амнистии к осужденным за длящиеся и продолжаемые преступления

В п. 8 Постановления № 43 Пленум ВС РФ раскрыл особенности применения амнистии к лицам, совершившим длящиеся или продолжаемые преступления. Пленум указал, что акт об амнистии применяется в отношении тех лиц, которые совершили продолжаемое или длящееся преступление до его издания. Если же хотя бы одно из тождественных деяний, составляющих продолжаемое преступление, совершено после издания акта об амнистии либо после этого лицо продолжило осуществлять длящееся преступление, амнистия не применяется. При подготовке данного разъяснения принято во внимание содержание п. 4 и 5 постановления 23 Пленума ВС СССР.

Учет разъяснений Пленума ВС РФ о квалификации отдельных преступлений

В п. 9 Постановления № 43 содержится важное уточнение, согласно которому при разрешении вопросов, связанных с квалификацией отдельных продолжаемых и длящихся преступлений и исчислением сроков давности уголовного преследования по этим деяниям, следует учитывать особенности таких преступлений, указанные в профильных постановлениях Пленума ВС РФ.

Например, согласно п. 11.1 постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», в случаях, когда взяткодатель намеревался передать, а должностное лицо — получить взятку в значительном, крупном либо в особо крупном размере, однако фактически вознаграждение не составило указанного размера, содеянное нужно квалифицировать как оконченные дачу либо получение взятки соответственно в значительном, крупном или особо крупном размере.

В абз. 2 п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 07.07.2015 № 32 (ред. от 26.02.2019) «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» также разъяснено, что в случаях, когда лицо намеревалось легализовать (отмыть) деньги или иное имущество посредством совершения нескольких финансовых операций или сделок, однако фактически легализованное имущество по независящим от этого лица обстоятельствам не образовало указанный размер, содеянное надлежит квалифицировать как оконченную легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества в крупном или особо крупном размере.

5. Добровольное прекращение длящегося или продолжаемого преступления или содействие его раскрытию

В п. 10 Постановления № 43 Пленум ВС РФ обратил внимание судов на правовое значение обстоятельств прекращения совершения длящегося или продолжаемого преступления по воле самого лица, поскольку такие обстоятельства могут быть признаны основанием для освобождения лица от уголовной ответственности, например при добровольной сдаче незаконно хранимых наркотиков (п. 1 примечаний к ст. 228 УК), оружия (п. 1 примечаний к ст. 222 УК), невыплаты зарплаты (п. 2 примечания к ст. 1451 УК) и активном способствовании раскрытию и пресечению преступления, либо учитываться судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в частности при явке с повинной.

6. Частичное исключение преступных деяний из обвинения

+В п. 11 Постановления № 43 учтены положения, содержащиеся в п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре». Пленум ВС РФ разъяснил, что в случаях, когда подсудимый обвиняется в совершении продолжаемого преступления и обвинение в некоторых из тождественных деяний, образующих это преступление, не подтвердилось, суду достаточно в описательно-мотивировочной части приговора с приведением мотивов указать, что обвинение в этой части признано необоснованным. При этом не нашедшие подтверждения деяния исключаются из обвинения.

В заключение отметим, что содержащиеся в Постановлении № 43 разъяснения будут способствовать формированию единообразной практики применения уголовного закона в случаях производства по уголовным делам о преступлениях, имеющих длящийся или продолжаемый характер. В частности, при выяснении вопросов о моменте их юридического и фактического окончания, отграничения от множественности преступлений в форме их совокупности и других актуальных для практики вопросов.